Герман Мюнтзинг: "Я люблю тишину за то, что никогда нет тишины"
"Вы видели этот аппарат?!" - взволнованно запросился у меня пресс-секретарь "Ансаунд" Дмитрий Блян. - "Обязательно посмотрите!". И он повёл меня в конец зала, где и расположился шведский музыкант Герман Мюнтзинг. Интеллигентный, изысканный и "экспериментальный", он рассказал о том, как играть напильниками, слушать тишину и жить без мобильника... ЕРБ: Приветствую! Представьтесь, пожалуйста...
Герман Мюнтзинг (ГМ): Я Герман Мюнтзинг. Приехал я из Швеции. Играю экспериментальную музыку, а также преподаю импровизированную музыку в музыкальной академии в Швеции.
Герман и директор Шведского института Мортэн Франкбю
ЕРБ: Как вы попали на этот фестиваль?
ГМ: В прошлом году я был в турне по Европе и встретился с белорусским музыкантом Владиславом Бубеном, который играет экспериментальную музыку. Ему очень понравилась моя музыка и он предложил мне приехать в Минск на этот фестиваль.
ЕРБ: Были ли вы в Минске?
ГМ: Нет, я в Минске впервые. И мне тут очень нравится. Люди тут очень внимательные и серьёзно относятся к музыке.
ЕРБ: Как вы относитесь к белорусским музыкантам? Слушали ли вы наших ди-джеев?
ГМ: Мне 43 года и я вообще не в ди-джейской теме. Я безусловно знаю, что слушают ди-джеи, но я сам не слушаю такую музыку. Обычно я играю концерты в разных местах, таких как небольшие художественные помещения, музеи, клубы. Сегодня первый раз, когда я играю совместно с ди-джеями.
ЕРБ: Расскажите, пожалуйста, про аппарат, стоящий на вашем столе.
ГМ: Это инструмент, на котором я сейчас играю и только на нём в течение уже десяти лет. Я сам его сделал для того, чтобы получить новый звук, который невозможно было получить посредством инструментов, на которых я играл вначале. Когда мне было двадцать, я почувствовал неприятие того искусства, которое я видел и слышал. Я чувствовал себя, как в тюрьме. Я очень много практиковался, я играл в джаз-бэндах и всё такое. Я не знал, что играть, я не чувствовал этого. Все было измерено по времени, мне это не очень нравилось. Но я не знаю, где взять свободу, которой мне не хватало. Когда я начал играть на концерте так сказать "свободную" музыку, это сломало меня и вдохновило меня. Я начал экспериментировать с моей бас-гитарой и я чувствовал себя действительно взволнованным. Мне надо было отойти от обычного исполнения музыки. И вот я положил инструмент на колени и начал шлёпать по нему, как ребёнка. Затем я нашёл напильники и начал ими играть на басах. Это было интересно, и я сумел получить новый, неожиданный звук. И я понял, что надо создать простой, большой инструмент, который я действительно буду чувствовать.
ЕРБ: Вы не планируете, что будете играть во время выступления, да?
ГМ: Действительно. Я работаю с импровизацией как методом презентации музыки в этот самый момент. Очень много специфических вещей, если говорить о выступлении. Каждый концерт - уникальный. Единственные ограничения для меня - это время. Например, если я знаю, что надо играть сорок минут и не больше. У меня может быть идея, с чем я ещё хочу поработать. Это всё всегда меняется. Каждый концерт уникален.
ЕРБ: Какую музыку вы любите слушать?
ГМ: Это интересный вопрос. Очень много музыки, которую я люблю слушать, потому что везде очень много звука. На самом деле большинство времени я хочу быть в тишине. Я люблю слушать классическую музыку, такую как Моцарт, Бетховен. Люблю также современную классическую музыку, токую як Шниткен, Пенерецкин и т.д. И очень сильно меня вдохновил американский композитор Дж. Кетч, давший мне много идей, которые значительно больше чем простая философия. Он также открыл мне дверь к новым звукам. Но сейчас он стал немного "шумным" (смеётся).
ЕРБ: Насколько я понимаю, больше всего вам нравится инструментальная музыка?
ГМ: Нет, я бы так не говорил. Я люблю вокал. Я люблю Бьёк, Лори Андерсен, Франка Сапра и других. Но есть очень много музыки, которая мне не нравится.
ЕРБ: Среди прогрессивной белорусской молодёжи в последнее время стала очень популярной исландская музыка. Как вы относитесь к другим исландским исполнителям, таких как Сигур Рос, Мум?
ГМ: Я не могу сказать, что я большой их фанат, но они хорошо играют. Хорошая музыка. Но я больше всего люблю Бьёрк (смеётся).
ЕРБ: Какие места в Швеции вы любите больше всего?
ГМ: Это обычно места, которые раскручиваются любителями-энтузиастами. Я очень люблю играть в местах, где обычная, но очень внимательная публика. Такие большие площадки не дают мне такого удовлетворения.
ЕРБ: Удивило ли Вас что-нибудь здесь, в Беларуси?
ГМ: Да! Меня удивили две вещи. Во-первых, знаете, трубы на ваших дамах. Ну эти, трубы, по которым вода с крыш стекает... Они такие большие! У нас в Швеции обычные... Во-вторых, у вас в Минске очень тяжело найти часы, потому что у всех, кажется, есть мобильные телефоны. У меня, например, нет. И у меня нет часов. Поэому мне приходилось узнавать, сколько сейчас времени. Я останавливал человека и ему надо было доставать свой мобильник. А ещё люди не бегают много, как они это делают в Стокгольме, например. Там люди бегают всё время. Здесь люди более медленные. И ещё люди часто общаются глазами. Значительно больше, чем в Швеции. Мне это нравится. Люди очень искренние. Чувствуешь себя безопасно, когда выходишь на улицу.
ЕРБ: Что Вам больше нравится: звук или тишина?
ГМ: Я люблю тишину за то, что никогда нет тишины. Всегда есть что-то, что можно услышать. Даже если вы в пустой закрытой комнате, что-то всё равно происходит в стенах. Если вы находитесь в действительно изолированной комнате, после какого-то времени вы начинаете слышать, как течёт ваша кровь, начинаете слышать ваше тело. Это очень интересно. Я могу сказать, что я точно не люблю - это очень громкая музыка и музыка, звучащая очень некачественно. Я имею ввиду то, что в наше время люди часто слушают музыку на мобильном телефоне, где звук чрезвычайно плохой. Это просто ранит моё сердце.
Дмитрий во время выступления Германа
Фотографии: Еврорадио
Герман Мюнтзинг (ГМ): Я Герман Мюнтзинг. Приехал я из Швеции. Играю экспериментальную музыку, а также преподаю импровизированную музыку в музыкальной академии в Швеции.
Герман и директор Шведского института Мортэн Франкбю
ЕРБ: Как вы попали на этот фестиваль?
ГМ: В прошлом году я был в турне по Европе и встретился с белорусским музыкантом Владиславом Бубеном, который играет экспериментальную музыку. Ему очень понравилась моя музыка и он предложил мне приехать в Минск на этот фестиваль.
ЕРБ: Были ли вы в Минске?
ГМ: Нет, я в Минске впервые. И мне тут очень нравится. Люди тут очень внимательные и серьёзно относятся к музыке.
ЕРБ: Как вы относитесь к белорусским музыкантам? Слушали ли вы наших ди-джеев?
ГМ: Мне 43 года и я вообще не в ди-джейской теме. Я безусловно знаю, что слушают ди-джеи, но я сам не слушаю такую музыку. Обычно я играю концерты в разных местах, таких как небольшие художественные помещения, музеи, клубы. Сегодня первый раз, когда я играю совместно с ди-джеями.
ЕРБ: Расскажите, пожалуйста, про аппарат, стоящий на вашем столе.
ГМ: Это инструмент, на котором я сейчас играю и только на нём в течение уже десяти лет. Я сам его сделал для того, чтобы получить новый звук, который невозможно было получить посредством инструментов, на которых я играл вначале. Когда мне было двадцать, я почувствовал неприятие того искусства, которое я видел и слышал. Я чувствовал себя, как в тюрьме. Я очень много практиковался, я играл в джаз-бэндах и всё такое. Я не знал, что играть, я не чувствовал этого. Все было измерено по времени, мне это не очень нравилось. Но я не знаю, где взять свободу, которой мне не хватало. Когда я начал играть на концерте так сказать "свободную" музыку, это сломало меня и вдохновило меня. Я начал экспериментировать с моей бас-гитарой и я чувствовал себя действительно взволнованным. Мне надо было отойти от обычного исполнения музыки. И вот я положил инструмент на колени и начал шлёпать по нему, как ребёнка. Затем я нашёл напильники и начал ими играть на басах. Это было интересно, и я сумел получить новый, неожиданный звук. И я понял, что надо создать простой, большой инструмент, который я действительно буду чувствовать.
ЕРБ: Вы не планируете, что будете играть во время выступления, да?
ГМ: Действительно. Я работаю с импровизацией как методом презентации музыки в этот самый момент. Очень много специфических вещей, если говорить о выступлении. Каждый концерт - уникальный. Единственные ограничения для меня - это время. Например, если я знаю, что надо играть сорок минут и не больше. У меня может быть идея, с чем я ещё хочу поработать. Это всё всегда меняется. Каждый концерт уникален.
ЕРБ: Какую музыку вы любите слушать?
ГМ: Это интересный вопрос. Очень много музыки, которую я люблю слушать, потому что везде очень много звука. На самом деле большинство времени я хочу быть в тишине. Я люблю слушать классическую музыку, такую как Моцарт, Бетховен. Люблю также современную классическую музыку, токую як Шниткен, Пенерецкин и т.д. И очень сильно меня вдохновил американский композитор Дж. Кетч, давший мне много идей, которые значительно больше чем простая философия. Он также открыл мне дверь к новым звукам. Но сейчас он стал немного "шумным" (смеётся).
ЕРБ: Насколько я понимаю, больше всего вам нравится инструментальная музыка?
ГМ: Нет, я бы так не говорил. Я люблю вокал. Я люблю Бьёк, Лори Андерсен, Франка Сапра и других. Но есть очень много музыки, которая мне не нравится.
ЕРБ: Среди прогрессивной белорусской молодёжи в последнее время стала очень популярной исландская музыка. Как вы относитесь к другим исландским исполнителям, таких как Сигур Рос, Мум?
ГМ: Я не могу сказать, что я большой их фанат, но они хорошо играют. Хорошая музыка. Но я больше всего люблю Бьёрк (смеётся).
ЕРБ: Какие места в Швеции вы любите больше всего?
ГМ: Это обычно места, которые раскручиваются любителями-энтузиастами. Я очень люблю играть в местах, где обычная, но очень внимательная публика. Такие большие площадки не дают мне такого удовлетворения.
ЕРБ: Удивило ли Вас что-нибудь здесь, в Беларуси?
ГМ: Да! Меня удивили две вещи. Во-первых, знаете, трубы на ваших дамах. Ну эти, трубы, по которым вода с крыш стекает... Они такие большие! У нас в Швеции обычные... Во-вторых, у вас в Минске очень тяжело найти часы, потому что у всех, кажется, есть мобильные телефоны. У меня, например, нет. И у меня нет часов. Поэому мне приходилось узнавать, сколько сейчас времени. Я останавливал человека и ему надо было доставать свой мобильник. А ещё люди не бегают много, как они это делают в Стокгольме, например. Там люди бегают всё время. Здесь люди более медленные. И ещё люди часто общаются глазами. Значительно больше, чем в Швеции. Мне это нравится. Люди очень искренние. Чувствуешь себя безопасно, когда выходишь на улицу.
ЕРБ: Что Вам больше нравится: звук или тишина?
ГМ: Я люблю тишину за то, что никогда нет тишины. Всегда есть что-то, что можно услышать. Даже если вы в пустой закрытой комнате, что-то всё равно происходит в стенах. Если вы находитесь в действительно изолированной комнате, после какого-то времени вы начинаете слышать, как течёт ваша кровь, начинаете слышать ваше тело. Это очень интересно. Я могу сказать, что я точно не люблю - это очень громкая музыка и музыка, звучащая очень некачественно. Я имею ввиду то, что в наше время люди часто слушают музыку на мобильном телефоне, где звук чрезвычайно плохой. Это просто ранит моё сердце.
Дмитрий во время выступления Германа
Фотографии: Еврорадио
