Директору Варшавской оперы в Минске вместо спектакля показали диваны (фото)
Вальдемар Домбровский рассказал Еврорадио, о каких совместных проектах с белорусской оперой договорились в Минске и как он оценивает польский язык министра Латушко В ходе визита в Минск польского министра культуры Богдана Здроевского в составе официальной делегации было еще одно известное лицо — пан Вальдемар Домбровский, бывший министр культуры Польши, а ныне — директор знаменитой Варшавской оперы, крупнейшей в Европе, второй по величине в мире. Поэтому в ходе экскурсии в минскую оперу пан Домбровский проявлял чисто профессиональный интерес, задавал абсолютно конкретные вопросы. Еврорадио удалось поговорить с паном Домбровским о результатах посещения Национального театра оперы и балета Беларуси.
Еврорадио: Пан Вальдемар, реконструкция нашей оперы закончилась несколько месяцев назад. И нам сообщили, что сейчас это — суперсовременная опера. А как вы, директор Варшавской оперы, оцениваете минскую оперу после экскурсии по ней?
Вальдемар Домбровский: Я считаю, что это прекрасный объект. По своей природе оперное искусство — это синтез культур. В опере встречаются все артистические таланты и все дисциплины искусства, наступает процесс их соединения. И получается нечто, что не является театром с музыкой или музыкой с театром. Это новое качество, которое переживает сегодня триумф по всему миру. Разные люди, которые на протяжении 400 лет занимались европейской оперой, были бы рады это видеть — сегодня у нас большой ренессанс оперного искусства! Сегодня в мире строится 50 новых оперных театров. Этот ваш красивый. Он является знаком уважения к прошлым поколениям, так как это здание было создано поколением отцов и дедов. Вы сегодня придали ему современный вид. Поздравляю с этим.
Во время экскурсии вам показывали главным образом мраморный пол и кожаные диваны. Появилось ли у вас желание посетить какой-нибудь спектакль нашей оперы?
Вальдемар Домбровский: Сама опера — это всегда самое важное, диваны из кожи вообще не важны. Они имеют какое-то значение, но вторичное. Я не видел ни одного спектакля, но мы договорились с директором Владимиром (Гридюшко — Еврорадио), что реализуем несколько совместных проектов. Я пригласил его в Варшаву на премьеру "Травиаты" 25 февраля. У нас есть два конкретных проекта. Один касается реализации "Гальки" Станислава Монюшка. Монюшко, который родился, между прочим, под Минском и учился в Минске, — он принадлежит обеим культурам. Мы считаем его создателем польской национальной оперы. Второй проект касается Шопена. Еще не договорились точно, но примерно в начале июля повторим в Минске ту серию действ, которую давали в Петербурге в рамках фестиваля "Белые ночи". Это балетное представление, посвященное Шопену, с музыкой великих композиторов — Шумана, Листа, Берлиоза... И, конечно, с музыкой Шопена. Это будет рассказ о романтичном артисте, там будет образно обыгрываться его биография.
А возможны ли ответные гастроли — нашей оперы к вам?
Вальдемар Домбровский: Разумеется! Сотрудничество всегда основывается на том, что у него не может быть меньше двух сторон!.. (смеется). Поэтому здесь должна быть сатисфакция с обеих сторон.
Вы говорили, что опера в Варшаве в три раза больше минской...
Вальдемар Домбровский: А, это не имеет значения!.. Ну подумаешь, что здание в Варшаве намного большее... Мы ведь рассматриваем художественные качества, а не количество кубометров или метров квадратных...
Пан Вальдемар, вас не удивило, что в ходе экскурсии по минской опере вы узнали все о хозяйственной части, но не узнали практически ничего о самой опере?
Вальдемар Домбровский: Я согласен, что должны были говорить об оперном искусстве, поскольку это самое важное. Но я также понимаю мысли этих людей, которые сделали что-то конкретное. У которых вчера был бетон, а сегодня есть мрамор, и которые очень радуются этому. Это человеческое, нормальное — вложили огромные деньги и хотят похвастаться результатом.
Кстати, а когда была последняя модернизация Варшавской оперы?
Вальдемар Домбровский: Судьба оперы в Варшаве намного более драматичная, нежели оперы в Минске. Поскольку в первых числах сентября 1939 года красивейший театр, открытый в 1833 году, был превращен в руину, до самой земли, до щебня. И отстроен лишь в 1965 году. Я тогда учился в лицее, точно помню этот момент. И с того времени мы безустанно ремонтируем этот гигантский театр — крупнейший оперный театр в Европе, второй в мире. С самого построения каких-то глобальных ремонтов у нас не было, мы все время что-то подправляем, так как в сумме это сто тысяч квадратных метров, 50 тысяч метров кубических. Это город в городе.
Пан Вальдемар, я так понимаю, что раньше вы в нашей опере не были... А в Минске?
Вальдемар Домбровский: И в Минске тоже, это первый визит.
А нормально ли это — соседи все-таки...
Вальдемар Домбровский: Ясное дело, ненормально. Это какая-то нелепость! Я часто думал: почему так? Однако у меня было много контактов с министром Павлом Латушко, когда он был послом Беларуси в Варшаве. Он был одной их интереснейших фигур дипломатического корпуса в Варшаве. И сегодня ситуация политическая такова, что у Беларуси и Польши есть совместное желание строить взаимоотношения, поскольку мы очень близкие народы. Я с большим удивлением открыл для себя, что на 90% понимаю белорусский язык! Не знаю, насколько правильно, но понимаю. Я ощутил, что польский и русский язык — это далековато, но польский и белорусский — очень близко!.. Во время визита мы не требовали переводчика, министр Здроевский тоже все понимал. А вообще министр Латушко говорит по-польски как польский интеллигент. Это правда, а не комплимент...
Пан Вальдемар даже внешне выделялся на фоне остальной делегации своей шикарной дубленкой
На балконе минской оперы: директор Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровский, министр культуры Польши Богдан Здроевский
Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровски, Богдан Здроевский в минской опере
Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровски, Богдан Здроевский в минской опере
Посол Польши Генрик Литвин, Вальдемар Домбровский, Богдан Здроевский в Национальном художественном музее в Минске
Вальдемар Домбровский в несвижской Ратуше
Еврорадио: Пан Вальдемар, реконструкция нашей оперы закончилась несколько месяцев назад. И нам сообщили, что сейчас это — суперсовременная опера. А как вы, директор Варшавской оперы, оцениваете минскую оперу после экскурсии по ней?
Вальдемар Домбровский: Я считаю, что это прекрасный объект. По своей природе оперное искусство — это синтез культур. В опере встречаются все артистические таланты и все дисциплины искусства, наступает процесс их соединения. И получается нечто, что не является театром с музыкой или музыкой с театром. Это новое качество, которое переживает сегодня триумф по всему миру. Разные люди, которые на протяжении 400 лет занимались европейской оперой, были бы рады это видеть — сегодня у нас большой ренессанс оперного искусства! Сегодня в мире строится 50 новых оперных театров. Этот ваш красивый. Он является знаком уважения к прошлым поколениям, так как это здание было создано поколением отцов и дедов. Вы сегодня придали ему современный вид. Поздравляю с этим.
Во время экскурсии вам показывали главным образом мраморный пол и кожаные диваны. Появилось ли у вас желание посетить какой-нибудь спектакль нашей оперы?
Вальдемар Домбровский: Сама опера — это всегда самое важное, диваны из кожи вообще не важны. Они имеют какое-то значение, но вторичное. Я не видел ни одного спектакля, но мы договорились с директором Владимиром (Гридюшко — Еврорадио), что реализуем несколько совместных проектов. Я пригласил его в Варшаву на премьеру "Травиаты" 25 февраля. У нас есть два конкретных проекта. Один касается реализации "Гальки" Станислава Монюшка. Монюшко, который родился, между прочим, под Минском и учился в Минске, — он принадлежит обеим культурам. Мы считаем его создателем польской национальной оперы. Второй проект касается Шопена. Еще не договорились точно, но примерно в начале июля повторим в Минске ту серию действ, которую давали в Петербурге в рамках фестиваля "Белые ночи". Это балетное представление, посвященное Шопену, с музыкой великих композиторов — Шумана, Листа, Берлиоза... И, конечно, с музыкой Шопена. Это будет рассказ о романтичном артисте, там будет образно обыгрываться его биография.
А возможны ли ответные гастроли — нашей оперы к вам?
Вальдемар Домбровский: Разумеется! Сотрудничество всегда основывается на том, что у него не может быть меньше двух сторон!.. (смеется). Поэтому здесь должна быть сатисфакция с обеих сторон.
Вы говорили, что опера в Варшаве в три раза больше минской...
Вальдемар Домбровский: А, это не имеет значения!.. Ну подумаешь, что здание в Варшаве намного большее... Мы ведь рассматриваем художественные качества, а не количество кубометров или метров квадратных...
Пан Вальдемар, вас не удивило, что в ходе экскурсии по минской опере вы узнали все о хозяйственной части, но не узнали практически ничего о самой опере?
Вальдемар Домбровский: Я согласен, что должны были говорить об оперном искусстве, поскольку это самое важное. Но я также понимаю мысли этих людей, которые сделали что-то конкретное. У которых вчера был бетон, а сегодня есть мрамор, и которые очень радуются этому. Это человеческое, нормальное — вложили огромные деньги и хотят похвастаться результатом.
Кстати, а когда была последняя модернизация Варшавской оперы?
Вальдемар Домбровский: Судьба оперы в Варшаве намного более драматичная, нежели оперы в Минске. Поскольку в первых числах сентября 1939 года красивейший театр, открытый в 1833 году, был превращен в руину, до самой земли, до щебня. И отстроен лишь в 1965 году. Я тогда учился в лицее, точно помню этот момент. И с того времени мы безустанно ремонтируем этот гигантский театр — крупнейший оперный театр в Европе, второй в мире. С самого построения каких-то глобальных ремонтов у нас не было, мы все время что-то подправляем, так как в сумме это сто тысяч квадратных метров, 50 тысяч метров кубических. Это город в городе.
Пан Вальдемар, я так понимаю, что раньше вы в нашей опере не были... А в Минске?
Вальдемар Домбровский: И в Минске тоже, это первый визит.
А нормально ли это — соседи все-таки...
Вальдемар Домбровский: Ясное дело, ненормально. Это какая-то нелепость! Я часто думал: почему так? Однако у меня было много контактов с министром Павлом Латушко, когда он был послом Беларуси в Варшаве. Он был одной их интереснейших фигур дипломатического корпуса в Варшаве. И сегодня ситуация политическая такова, что у Беларуси и Польши есть совместное желание строить взаимоотношения, поскольку мы очень близкие народы. Я с большим удивлением открыл для себя, что на 90% понимаю белорусский язык! Не знаю, насколько правильно, но понимаю. Я ощутил, что польский и русский язык — это далековато, но польский и белорусский — очень близко!.. Во время визита мы не требовали переводчика, министр Здроевский тоже все понимал. А вообще министр Латушко говорит по-польски как польский интеллигент. Это правда, а не комплимент...
Пан Вальдемар даже внешне выделялся на фоне остальной делегации своей шикарной дубленкой
На балконе минской оперы: директор Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровский, министр культуры Польши Богдан Здроевский
Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровски, Богдан Здроевский в минской опере
Владимир Гридюшко, Вальдемар Домбровски, Богдан Здроевский в минской опере
Посол Польши Генрик Литвин, Вальдемар Домбровский, Богдан Здроевский в Национальном художественном музее в Минске
Вальдемар Домбровский в несвижской Ратуше
